1. Skip to Menu
  2. Skip to Content
  3. Skip to Footer>

Язык Церкви для детей

Печать

Written by Юлия Семенова

Изучение церковнославянского — обогащение или проблема?

«Ну как можно ходить в храм, если язык богослужения непонятен?!». Наверное, любому человеку доводилось слышать подобные высказывания. А мы решили выяснить — существует ли так называемый языковой барьер для детей, которые растут в Церкви, посещают воскресную школу. Актуальна ли для них проблема непонимания языка? Или это трудности все же в большей степени тех, кто пришел в храм уже в зрелом возрасте?

Непонятный или все же понятный?

Язык Церкви для детейНа самом деле большинство родителей наверняка замечали, что их дети спокойно выстаивают богослужения, вычитывают молитвы дома и очень редко задают вопросы типа: «Мам, а что значит это выражение?». Но почему так происходит? Им проще, пребывая в церковной среде, понимать язык, во многом созвучный современному русскому, или дело все же в другом?

Наблюдениями за своими детьми, которые никогда не спрашивают о тех или иных непонятных для них выражениях в молитвах, я поделилась с настоятелем храма в честь Преображения Господня в с. Пристанное протоиереем Владимиром Пархоменко. Вот что он сказал:

— Да, действительно, так чаще всего и бывает. Мои дети тоже ко мне с подобными вопросами не обращаются. Просто до определенного возраста они не могут критично отнестись к заданию, данному взрослыми. Им сказали заучить молитву, и они заучивают. Простые вещи естественным образом становятся понятными. Молитву «Отче наш, иже еси на Небесех…» вполне по силам уяснить по смыслу и ребенку. Дети более старшего возраста начинают уже спрашивать. Но все-таки, если дети достаточно регулярно участвуют в службах, такой проблемы, как непонимание, не возникает, как, впрочем, и у взрослых. Большая часть слов уже после нескольких раз присутствия на службе становится ясна.

Хотя тут есть и незаметная на первый взгляд опасность. Часто дети, с малых лет присутствующие на богослужении, привыкают к тому, что они далеко не всегда могут понять то, что говорится и поется в храме. Постепенно они начинают думать, что следить за ходом богослужения и стараться понять каждое слово совсем не обязательно.

И действительно, когда я стала расспрашивать свою десятилетнюю дочь о том, что она может уяснить для себя на службе, а что нет,— она мне ответила: «А я и не знала, что надо стараться как можно больше понимать».

Причем, как говорит отец Владимир, проблема привыкания к непониманию — это проблема не только детей, но и взрослых. Об этом каждый из нас может судить по собственному опыту. Церковнославянский язык знают далеко не все. И человек постепенно свыкается с этим, начинает думать, что если он чего-то не понимает во время службы, ничего страшного в этом нет.

— Нормально ли это? Думаю, что все же нет,— говорит отец Владимир.— Люди приходят к вере разными путями. Когда я сам пришел в Церковь, для меня было не принципиально, что не все ясно на службе. Я пришел к Богу, все остальное казалось в тот момент неважным. Но есть люди, которые хотят «вслушаться» в текст, понять его. Это их желание оправданно. И дети, которые начинают бывать в храме в возрасте старше 14 лет, в личных беседах говорят, что не все за богослужением им понятно.

О преподавании

Один из путей решения проблемы — изучение языка. И на самом деле, как оказалось, особой проблемы с освоением церковнославянского языка при грамотном преподавании у детей школьного возраста нет. Этого мнения придерживаются многие преподаватели.

О своем опыте нам рассказала Марина Шилова, руководитель воскресной школы Архиерейского подворья — храма во имя преподобного Серафима Саровского города Саратова:

— В нашей школе церковнославянский язык для детей преподается с того возраста, когда они уже научились писать. Конечно, сначала мы учим буквы, алфавит, потом начинаем читать. В более старшем возрасте, как и при изучении любого языка, идет увеличение словарного запаса. Вместе с детьми разбираем и учимся читать Часослов, Псалтирь.

Ребята к урокам церковнославянского относятся с неменьшим энтузиазмом, чем к любой другой деятельности в воскресной школе.

— Дети изучают язык с интересом. Нельзя сказать, что они на одни уроки идут с удовольствием, а на церковнославянский язык с неохотой,— рассказывает Марина Александровна.— Сейчас есть очень хорошие методики преподавания, уроки ведутся в игровой форме. Поэтому при грамотном подходе, при умении поддержать интерес у детей особых проблем с освоением материала не возникает.

У нашего настоятеля игумена Евфимия (Митрюкова) очень мудрый подход. Он считает, что у ребенка обязательно должна быть возможность применить в церкви знания, полученные им в воскресной школе. Если этого не будет, то дети, взрослея, могут из Церкви просто уйти. И поэтому мальчики с 10–11 лет начинают помогать в алтаре, пробовать себя в роли чтецов. Девочки с этого возраста поют на клиросе. И у нас даже есть так называемая детская Литургия, когда ребята поют раннюю воскресную службу.

Так у них появляется заинтересованность в изучении языка, им хочется уже самим дополнительно что-то узнать, они задают вопросы. И уроки им начинают приносить радость, потому что они понимают, что все полученные знания им пригодятся.

Поэтому как такового языкового барьера у детей, которые растут в Церкви и посещают воскресную школу, нет, и проблема языка для них остро не стоит.

Как оказалось, в ряде воскресных школ возможность изучать язык появилась и у взрослых.

— Дети получают у нас небольшое домашнее задание,— рассказывает Марина Александровна,— и когда что-то не могут самостоятельно сделать, то, конечно, задают вопросы своим родителям. А родители помочь могут далеко не всегда. И так у нас сложилась группа для родителей, которые тоже изучают церковнославянский язык.

Конечно, когда прихожанам представляется возможность изучения церковнославянского языка с преподавателем, которому можно всегда задать любой возникший вопрос,— это большая удача.

В языке живет душа народа

Хотя, конечно, полностью языковую проблему преподавание языка все равно не решит.

Как говорит отец Владимир, даже человеку, потратившему на изучение церковнославянского языка не один год, не всегда удается всё понять за богослужением. Есть достаточно непростые для перевода обороты и сочетания слов.

Выход? Наверное, есть тот серьезный уровень проблемы, который вряд ли стоит затрагивать в этой статье. Да, церковнославянский язык сложен, но его изучение дети воспринимают не как дополнительную трудность для них. Знакомство с языком Церкви — это, вне всякого сомнения, возможность развития и интеллектуального обогащения для наших детей.

По наблюдениям педагогов, дети, которые изучают церковнославянский язык, меняются. Ну, приблизительно так же, как меняется ребенок, который занимается музыкой. А знаменитый русский педагог С.А. Рачинский даже написал в конце XIX века книгу «Заикание и церковнославянское чтение». Он считал, что ребенок в результате занятий церковнославянским языком может избавиться от заикания, улучшить свое нервно-психическое состояние. Сам он в своей школе в течение многих лет успешно применял чтение Псалтири на церковнославянском языке для избавления от речевых дефектов.

Поэтому, если есть возможность, пусть дети обязательно изучают церковнославянский язык. Конечно, главным образом для того, чтобы понимать богослужение. А также для того, чтобы увеличивать свои знания об окружающем мире, чтобы познать ту одухотворенность, которой дышит язык богослужения. Как писал известный русский философ Иван Ильин: «Язык вмещает в себе таинственным и сосредоточенным образом всю душу, всё прошлое, весь духовный уклад и все творческие замыслы народа». И вот это, наверное, самое главное. Церковнославянский язык позволяет нашим детям почувствовать себя «жителями» не просто определенного отрезка истории и вполне конкретной страны, но ощутить себя частью огромной православной культуры, преемственно передающей свои традиции на протяжении многих столетий.

Юлия Семенова
Газета «Православная вера» № 9 (413) 2010 г.