1. Skip to Menu
  2. Skip to Content
  3. Skip to Footer>

Митрополит Месогейский и Лавреотикийский Николай: Человек на границе миров. От неразрешимых вопросов к «логике иной»

Печать

Written by Надежда Порхун

Митрополит Месогейский и Лавреотикийский Николай уже немного известен в православном рунете благодаря своим интервью, опубликованным на сайтах «Татьянин день» и «Православие ру». Изящный, прекрасно отточенный слог и глубина мысли выдают в нем талантливого проповедника и человека разносторонней образованности. Владыку Николая действительно можно назвать одним из ученейших иерархов нашего времени.

Митрополит Месогейский и Лавреотикийский НиколайБудущий митрополит Николай родился в Фессалониках 13 апреля 1954 года. Среди его родственников было множество ученых-физиков, поэтому мальчик с ранних лет мечтал о научной деятельности. И хотя ему посчастливилось воспитываться в очень благочестивой семье, он не сразу обрел ту сознательную веру, к которой люди обычно приходят через множество исканий и сомнений. Вся жизнь митрополита Николая красноречиво свидетельствует о том, что наука не только не входит в противоречие с верой, но, напротив, может послужить толчком для некого прозрения, когда сквозь видимость и материю вдруг начинает проступать незримый Лик Творца…

После окончания Фессалоникийского университета юноша продолжил свое образование в Америке, где изучал астрофизику, инженерную механику и медицину. Здесь перед ним открылось широкое научное поприще космической медицины, которое сулило ему блестящую карьеру. Однако, как рассказывает сам митрополит, «несмотря на огромнейшую радость от успеха, сердце… все равно оставалось ненаполненным…» [1]. Однажды, взглянув на привычное церковное распятие, молодой ученый всерьез задумался о том, что Господь совершил для спасения людей. Этот момент встречи с Божественной Личностью положил начало тому, чтобы его сердце раскрылось для глубокого восприятия евангельских истин. Постепенно вся привлекательность светской науки стала неотвратимо блекнуть в свете новых духовных откровений. Поездка на Афон и благочестивый пример духовника укрепили юношу в намерении посвятить свою жизнь служению Богу.

Затем была учеба в богословской школе Честного Креста в Бостоне, монашеский постриг, служение на афонском подворье Святого Вознесения [2] в Биронасе [3], епископская хиротония. В 2008 году владыке была присуждена ученая степень доктора богословия. Кроме того, митрополит Николай уже не первый год возглавляет Комитет по биоэтике Элладской Православной Церкви, который занимается именно теми проблемами, которым были посвящены исследования владыки в миру: эвтаназия, клонирование, трансплантация органов, воздействие на человеческий организм современных технологий и их нравственная составляющая.

На греческих ресурсах можно найти около тридцати проповедей и интервью с владыкой, посвященных самым различным темам общественно-церковной жизни. На русский язык переведены четыре его беседы, вышедшие в 2007 году в издательстве Минского Свято-Елизаветинского монастыря под названием «Человек на границе миров. От неразрешимых вопросов к "логике иной"». Эти беседы, на которые и хотелось бы обратить внимание православного читателя, передают нам частицу духовного опыта современного архипастыря, частицу того богопознания, которое в каждом человеке всегда уникально и вместе с тем в той или иной степени узнаваемо. И тем этот опыт ценнее, чем больше несет в себе доброй отеческой обеспокоенности, стремящейся оградить овец Христовой Церкви от навязываемых ценностей и идеалов этого мира.

Обложка книги«Человек на границе миров» — это современный христианин, который живет как бы между землей и небом, между тварным миром с его физическими, рыночными, гражданскими законами и миром духовным — с его совершенно необъяснимой логикой инобытия. Но почему мы, христиане, так часто забываем об этом? Забываем о своем «пограничном» состоянии, о своей инаковости? Почему ищем ответы на свои вопросы в реалиях мира сего, ограничивая свое понимание умопостигаемыми предметами? Почему поступаем «как все» и отказываемся быть проводниками небесного, к чему мы и призваны?..

Книга митрополита Николая — это кроткое, заботливое и очень утешительное напоминание о «логике иной» — небесной, Божественной, которой и должен руководствоваться христианин на путях своей жизни. Эта логика постигается не умом, а исключительно сердцем. Как говорит владыка, нужно учиться «думать сердцем и уметь сердцем постигать». Разве не удивительно слышать такое из уст ученого, человека с научным мышлением, который так спокойно расписался в бессилии разума?

Более того, ничто из области веры не объясняется разумом, потому что вера — это таинство, «и чем больше пытаешься постичь его, тем больше чувствуешь, что область неведомого возрастает… Пытаешься уразуметь его — и не можешь. Смиряешься пред таинством — и оно само тебе открывается». Это и есть та самая «иная логика», непостижимая для мирского сознания. «Церковь не боится таинства, она любит его»...

Именно с таких позиций, непричастных мирскому мудрованию, митрополит Николай предлагает нам посмотреть на множество «неразрешимых» вопросов, которые на самом деле лишь только кажутся неразрешимыми…

«Почему это случилось со мной, Боже?» — так называется первая беседа из этой книги. Она была обращена к родителям, дети которых имели онкологические заболевания. Однако ее можно отнести и ко всем больным, кто уже не имеет надежды на излечение, а также к их родным, переживающим за участь близкого человека. Практически каждый, тяжело заболевший человек, задается вопросами: «почему?» и «за что?». Почему именно я? Почему так несправедливо, ведь я не сделал никому зла? Как любовь Божия связана с моими страданиями? Если это наказание, то почему оно настолько превосходит мои ошибки? Если это любовь Божия, то почему именно меня так любит Бог, а не других? Множество, множество «почему», которые порой доводят человека до отчаяния. Митрополит Николай говорит, что вопросы эти — закономерны и естественны, но, поставленные с точки зрения мирской логики, они становятся неразрешимыми. Владыка предлагает другой взгляд: не «почему?», а «для чего?». Ведь боль, страдания и смерть не имеют логического объяснения, однако они имеют свои духовные плоды, на которые и нужно смотреть в первую очередь...

Вторая беседа — «Встреча с Богом в необъяснимых для нас трудностях, страданиях и риске» — является как бы продолжением первой и посвящена исканию и познанию Бога. Здесь митрополит Николай говорит о том, что человек встречается с Богом чаще всего именно на острых гранях своего бытия. «Когда мы встречаемся лицом к лицу с неизвестностью, опасностью, болью, несправедливостью, неразрешимыми вопросами, внутренним кризисом, тогда вероятность нашей встречи с Богом возрастает...».

Каждая такая встреча — всегда уникальна, всегда личностна и «каждый раз являет новый Божественный облик». Путь богопознания пролегает через потерю Бога и Его обретение в «ином образе», через познание «инаковости» Божества — инаковости не в смысле чуждости и отдаленности, а в смысле непостижимости и таинственности. Поэтому отношения с Богом и трудны, и легки одновременно. Трудны тогда, когда мы ищем и приближаемся к Нему «слишком по-человечески», и легки, когда Он Сам открывается нам, в глубине нашего смирения.

Автор восхищается величием и преисполненностью Божества, которое проявляется в создании мира из ничего, в красоте и великолепии природы, в вочеловечении Сына Божия, Его распятии и воскресении. Даже в существовании смерти и диавола — свобода Творца, «Его избыток, переполненность, изобилие, богатство»…

Бога всегда много и всегда мало. «Богом все преисполнено и в то же время Он неведом». Когда мы думаем, что догоняем Его, то оказывается, что это Он нас преследует… В такой афористичной и даже немного лирической манере митрополит Николай старается привлечь нас к богомыслию, направить наш ум от земных предметов к духовным, пробудить в нас жажду богопознания…

Митрополит Месогейский и Лавреотикийский НиколайВ этой беседе можно найти и многое для понимания свободы выбора человека и роли промысла Божия в его жизни. Порой христиане ищут на свои вопросы какие-то единственные, конкретные ответы. Спрашивают духовников, ездят к старцам, сомневаются, теряются в догадках, стараются изо всех сил понять, каково в том или ином случае «правильное решение»… Но вот что удивительно, говорит владыка: единственно правильного решения не существует. Хочешь ли жениться — это будет правильно. Хочешь уйти в монастырь — и это будет правильно. Хочешь жить в миру как монах — и это правильно. «Бог не действует по принципу линейного уравнения с единственно верным решением. Иначе бы Он, создавая людей, не наделял бы их свободой. Для каждого человека, для каждого случая, для каждого мгновения Господь преподносит безграничное число возможностей, и все они выражают Его волю…». Какое утешительное и какое важное свидетельство для наших вечно мятущихся сердец! И как оно созвучно с евангельским: Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам [4]

Третья беседа — «Не слово человеческое, но действующее Слово Божие» — очень интересна своими рассуждениями о некоторых закономерностях духовной жизни, о том, что мешает и что помогает нам сделаться настоящими христианами. Кто из нас не задавался вопросом: почему так тяжело привести к вере хотя бы одного человека? Митрополит Николай говорит, что вера дается желающему верить, от сердца к сердцу… Но чтобы человек захотел поверить, необходимо, чтобы он увидел в нас что-то такое, что пробудило бы в нем духовную жажду. А есть ли это «что-то», что мы могли бы предъявить в качестве истинного, сердечного доказательства? Вот тут-то порой и оказывается, что предъявить-то нам и нечего… «Часто мы читаем духовную литературу, проводим замечательные беседы, говорим о расширении сердца, о восхищении ума, о духовном восхождении, но стоит, однако, чуть позже нашей жене или нашему мужу сказать нам слово поперек, мы сразу же выходим из себя и раздражаемся…». Кто из нас не был свидетелем или участником подобных ситуаций, показывающих нецелостное, раздробленное состояние нашей души?

Владыка Николай очень тонко подмечает общие ошибки, характерные не только для новоначальных, но и для тех, кто давно живет церковной жизнью. «Обычно мы очень умны, когда дело касается выявления слабостей и страстей других, но абсолютно слепы, когда дело касается наших собственных страстей…». Причина такой необъективности по отношению к другим — это человеческий эгоизм. Стеснение собственного «я» владыка полагает как необходимое условие для человека, желающего стать истинным христианином. С одной стороны — борьба с эгоизмом, с другой — исполнение заповеди о любви к ближним. Без этого невозможно никакое движение вперед, никакое возрастание в вере. «Если мы позволим их (ближних) воле совершаться в нашей жизни, то мы с легкостью примем и Божию волю. Если мы будем думать об их правах, а не о своих собственных, то сможем распознать в нашей жизни и Божии права. Прислушиваясь с уважением к их мнению, мы позволим действовать в нас Божию просвещению».

Как часто мы пытаемся найти какие-то сложные решения, накручиваем себе массу несуществующих препятствий и потому ходим по кругу, спотыкаясь всегда об один и тот же камень. Между тем как все довольно просто: услышь другого, научись думать о нем — и тогда услышишь Бога в своей душе, и увидишь, как Он близко и как заботится о тебе…

В этой беседе есть замечательные мысли о пастырстве и духовничестве. Духовник только тогда может называться духовником, когда он действительно духовен, когда он имеет молитвенное служение. Духовник — «тайноводитель, который священнотворит таинство души… Не бесцеремонно внедряется, разрушая и сокрушая ее, но лишь слегка дотрагивается, с тем уважением и почтением, которое ей подобает…».

Удивительно трепетное отношение владыки к человеческой личности, удивителен тот священный страх, с которым он приступает к своему пастырскому служению. «Мы, священнослужители, всего лишь слуги, и ничего более. И как только мы это поймем, мы становимся дорожкой, по которой ступает Господь. Мы становимся ковриком, о который вытирает ноги народ Божий…». Сколь необычно слышать такие слова из уст ученейшего и уважаемого всеми архипастыря! На самом деле это еще один урок той самой иррациональной евангельской «логики»: Сын Человеческий не [для того] пришел, чтобы Ему служили, но чтобы послужить и отдать душу Свою для искупления многих [5]

Тема четвертой и заключительной беседы из книги митрополита Николая звучит наиболее остро и захватывающе — «Истинность духовного опыта в жизни современного христианина» [6]. Эта глава как бы соединяет и подытоживает в себе все вышесказанное. Теперь, после множества размышлений на духовные темы пришла пора задуматься и над своим собственным духовным состоянием: кто мы есть на самом деле, «как мы живем, какое место занимает в нашем сердце Христос и как далеко мы отступили от Его благодати»? Что же является критерием истинной веры человека? Безгрешность? Безошибочность? Но был ли так уж безукоризнен в своей вере апостол Петр, трижды отрекшийся от Христа? Он согрешает и кается, ошибается и исправляется. «Он не безошибочен — он искренен». Искренность — вот что самое важное в отношениях человека с Богом. Непосредственный отклик на зов Божий, искренность намерений и последовательность их исполнения — пусть несовершенного, но старательного, от всей души исполнения. Без этой искренности, говорит владыка Николай, «душа остается закрытой для посещения благодати Божией».

Поэтому так важно осознать: не обманываемся ли мы, когда считаем себя истинно верующими? Автор, основываясь на святоотеческом опыте, приводит множество признаков истинной христианской жизни. И на первом месте здесь оказывается жажда Бога и чувство Его необходимости. Если этого нет — значит в нашей жизни еще нет пока настоящего, истинного Бога, а есть лишь некая «вероятность, абстрактная сущность, высшая сила, философское неведомое»…

Митрополит Месогейский и Лавреотикийский НиколайПреизбыток любви в сердце, готовность к мученичеству — таковы плоды истинной духовной жизни. Каковы же плоды жизни большей части современных христиан? По наблюдениям митрополита Николая, современная эпоха «бросила вызов всему подлинному, совершенному, истинному», и потому так трудно в ней найти свое истинное лицо, сохранить целостность своих убеждений. Все это влияет и на образ жизни христианина, который нередко лукавит сам с собой, подменяя истинную веру самообольщением и мечтой. «Мы стали такими христианами, которые пытаются достичь всего самостоятельно и испытывают затруднения, когда нужно предаться благодати Божией… Такими христианами, которые ищут отдыха и покоя и ничего не ведают о внутреннем мире; такими христианами, которые, говоря о любви, подразумевают чувство эгоистической симпатии, себялюбивого удовольствия или патологической зависимости… Мы совершенно не желаем нести подвиги, умерщвлять собственную волю, не способны к самопожертвованию…». Более того, наша религиозность часто избирательна — мы выбираем из православного учения только то, что для нас удобно, что заполняет какую-то пустоту в нашей жизни. И остаемся со своей мирской логикой, со своим светским поведением — так и не познав, какого мы духа [7]

В этих бескомпромиссных, похожих на обличения словах архипастыря заключается большая любовь и добрая обеспокоенность, горячее желание пробудить наше сердце, заставить задуматься над тем, что единственно важно и спасительно для наших душ. Представляя критерии для сравнения себя с христианским идеалом, владыка стремится помочь нам проникнуться иной, «божественной» логикой, приблизиться к пониманию святости, к осознанию своего первозданного величия, своего богосыновства. Церковь ни в чем так не нуждается, как в истинных христианах, в духовных и молитвенных пастырях. Имейте в себе соль [8],— заповедано нам. «Соль» — это именно то, что делает нас христианами, что помогает нам приблизиться к той грани, за которой скрывается Бог. И на границе этих миров — небесного и земного — прикосновением созидающей благодати происходит рождение нового человека — такого, что «глядя на него, невольно исповедуешь, что жив Господь, жив Истинный Бог», Которого невозможно узреть никаким иным образом, но только взирая на славу Его [9]


[1] Никифорова А. На пути в Дамаск // Татьянин день [Сайт.] URL: http://www.taday.ru/text/106825.html

[2] Подворье монастыря Симонопетр в Биронасе, славившееся опытными духовниками, было настоящим маяком для ищущих подвижнической жизни.

[3] Район в восточной части Афин.

[4] Мф. 6, 33.

[5] Мф. 20, 28.

[6] Эта беседа есть в интернете с сокращениями и в другом переводе: Митрополит Месогейский и Лавреотикийский Николай. Духовный опыт: истинный и ложный // Православие.Ru [Сайт.] URL: http://www.pravoslavie.ru/orthodoxchurches/42300.htm

[7] Ср.: Лк, 9, 55.

[8] Мк. 9, 50.

[9] Ср.: 2 Кор. 3, 18.