Личный опыт

Сейчас я знаю, что это называется благодатью. А тогда — в этом падающем самолете, среди сверкающих молний — мной вдруг овладело чувство простой тихой радости и совершенно нерушимого покоя. Я не могла сдержать удивления при виде той паники, которая творилась вокруг. (Потом в Евангелии я нашла слова апостола Петра на горе Фавор — «Господи, хорошо нам здесь быть»)

Давно это было. Работал я учителем в школе. Однажды зимними каникулами выпало мне дежурить по учебному заведению. А у нас тогда гостили ребятишки откуда-то из провинции. И как раз в день моего дежурства они встречались с двумя земляками: оба - полковники, оба - Герои. Прежде никогда друг друга не видели - познакомились здесь, в школе. Ребятишки расспрашивали их о войне

Мой дед, которому сейчас уже под восемьдесят, никогда не скрывал, что верит в Бога. Не скрывал даже тогда, когда из-за этого могли быть серьезные неприятности на работе. Дома у него всегда висели иконы, а под иконами старая-старая фотография, прямо как кадр из фильма: четыре танкиста в шлемах возле развалин какого-то дома и подпись - "1943 год". - Я в Бога поверил на войне, - как-то сказал мне дед...

Эти письма прислали в "Известия" читатели. Трудно назвать их истории воспоминаниями. Пережитое - как будто вчерашнее, оно ноет, кровоточит, душевные раны не рубцуются. У писем есть общее: беспафосны, сдержанно спокойны, точны в деталях. Написаны с одной целью, одной мыслью: то, в чем мы участвовали, чему были очевидцами, не должно уйти вместе с нами

Только те дела оправданы, которые несут любовь. Все остальное тщетная суета, пыль на дороге спасения. Всегда, что бы ты ни делал, нужно знать для чего это делаешь: цель поступка, работы, жизни

На часах почти одиннадцать вечера. Скоро там, за светящейся в темноте Останкинской башней, в древнем храме Святой Троицы начнется ночная служба, а я лежу с высокой температурой. Угораздило же так свалиться с бронхитом – в последний день перед Пасхой

Около года я служил священником в храме Александра Невского, который расположен на северной окраине города. Вокруг – сельская местность, никаких предприятий и одни заброшенные казармы. Район назывался «База КАФ», потому что там раньше базировалась Краснознамённая Амурская флотилия

...Почему-то в этот раз как-то болезненно не тянет к Интернету. А может это наоборот норма? Хочется молиться, служить, лежать на диване и читать Достоевского..., а от монитора и всяких гадких новостей как-то отвращает

Впервые сам служил Пасхальную службу. Сам, в смысле без сослужащих священников, без уставщика и дьякона, без всех тех кто «разбирает» общую ответственность на кусочки, оставляя тебе твою – крохотную и даже уютную часть. За 9 лет службы в городе я к этому привык. А здесь с упованием на помощь Божию и с упованием крайним, но всё же пришлось всё продумывать, запоминать и прорабатывать

Наверное, люди верующие согласятся – первую в жизни Пасху забыть невозможно. Это тот момент, когда после долгих или не очень лет жизни будто бы в подземелье небо вдруг отверзается, и ты выходишь на свет. Два рассказа, которые мы публикуем сегодня, построены на историях реальных людей, совсем не похожих друг на друга