1. Skip to Menu
  2. Skip to Content
  3. Skip to Footer>

О реформе образования: Война против культуры

Печать

Written by Олеся Николаева

Матушка, писатель и поэт Олеся Николаева рассказывает о подводных камнях реформы образования

Фото Юлии МаковейчукЯ действительно подписывала письмо против проекта новой реформы образования. Вместе со своими коллегами: преподавателями высших и средних учебных заведений, писателями, людьми гуманитарных профессий.

Недовольство уровнем образования в школе – это ведь старая песня многих из нас. Надо было бить тревогу тогда, когда в 90-е годы в начальных классах устраивали опрос школьников: «Кем вы хотите быть?». И, вместо привычных летчиков и балерин, детишки называли профессиями мечты киллера и проститутку.

Потом уже ситуацию усугубило введение ЕГЭ. Все образование стало нацелено на то, чтобы натаскать детей отвечать на вопросы, которые напоминают скорее викторину, игру, кроссворд, нежели проверку знаний. И последний удар, который наносится по российскому образованию – это новая реформа. В чем её суть?

Детям предлагается изучать три обязательных предмета (мы потом вернёмся к самим этим предметам): «Россия в мире», «Основы безопасности жизнедеятельности» и «Физкультура». Остальные предметы ученики выбирают сами.

Изначально вообще все реформы и сам ЕГЭ были направлены на то, чтобы дети из провинции получили такие же возможности для поступления в вуз, как и дети из столицы. Однако задумка потерпела полный крах. Оказалось, что эта реформа (ЕГЭ) выгодна только богатым, никакого равенства она не создает. Потому что дети из богатых семей просто-напросто стали покупать ответы на вопросы экзамена.

Я, преподаватель вуза, не раз видела, как дети, которые и по-русски-то плохо говорят, приходили поступать с высшим баллом по русскому языку в аттестате. Они набрали больше, чем грамотные ребята… Я и мои коллеги делаем выводы.

Нынешняя реформа образования была также направлена на то, чтобы дети выбирали остальные предметы (кроме основных), согласуясь со своими желаниями и талантами. Это начинание было нацелено на раннюю специализацию.

То есть, если ты хочешь быть математиком, то выбирай себе математические предметы. Если мечтаешь быть «естественником» – выбирай естественнонаучные предметы. Что получается на деле? Есть «обязаловка» – русский и математика. И есть то, что выбрал ученик. А на все остальные предметы, на литературу, например, уже не остаётся вакансий. То есть, если ты собираешься быть физиком или биологом, то выбираешь себе соответствующий профилирующий предмет, а литература остается за бортом. Ведь ты не хочешь быть писателем, зачем тебе литература? Автоматически литература попадает в число тех предметов, за которые ученики должны будут платить.

Это страшный удар по нашей культурной основе. Литература – это ядро нашей культуры. На нынешних уроках, которые сейчас уже сокращены донельзя (с пятого по восьмой класс – всего 2 часа в неделю, в следующих классах плюс один час), невозможно постичь грандиозный объём литературы, проанализировать его, проследить, изучить. А ведь на самом деле разговор на уроках литературы – это разговор о жизни. Это попытка сориентировать подростка в мире, где ему предстоит существовать.

Предметом литературы является человек, и даже в простом анализе художественного произведения на уроке все равно речь идет о самом главном – о человеке. О смысле его жизни, о национальном характере, о моделях поведения, которые закладываются с детства. И, между прочим, именно посредством приобщения к этой культуре и формируется общество. Оно формируется через общекультурные образцы. Так люди получают знания о культуре общения, культуре речи, культуре одежды, культуре поведения. Без этих «мелочей» мы теряем коммуникационное поле, мы перестаём понимать друг друга. Это страшный удар по национальной идентичности.

Чтобы было понятно, я приведу один замечательный пример. Мой друг читал курс русской литературы XX века в американском университете. В том числе и по Булгакову. Он вернулся в Россию в полном отчаянии. Он говорит, что совершенно невозможно разбирать с американскими студентами «Собачье сердце», потому что они все понимают совершенно наоборот. Для них, для их ментальности, для их культурного кода, для того, что было заложено в них американской цивилизацией – все НЕ ТАК, как для нас. У них главные герои – Шариков и Швондер, который помогает бороться за права Шарикова. Почему Шариков? Потому что он борется за свои права, он пытается самореализоваться. А кто отрицательный герой? Преображенский, который буржуй, у которого семь комнат и который нарушает права Шарикова. Мой друг говорит, что с этих позиций американских подростков совершенно невозможно сдвинуть. А ведь, казалось бы, в социалистическом государстве росли мы, а не они! Но вот такой парадокс.

Удаление литературы из наших школьных курсов приведет к национальной катастрофе, когда дети будут выстраивать модели своего поведения, исходя из американских боевиков, из шлягеров и из моделей поведения представителей шоу-бизнеса. Мы получим самый настоящий вавилонский ад, в котором просто не сможем понять друг друга.

Лицо России определяется её культурой. Именно благодаря ей весь мир знает, что такое Россия. И если убрать вот эту вот культурную основу, то вообще непонятно, что будут преподавать на предмете «Россия в мире». Что значит Россия в мире? Будут говорить об 1/6 части суши? О её недрах, которые принадлежат частным лицам? Раньше классиков марксизма-ленинизма переписывали, а теперь что будут изучать? Речи Медведева?

Олеся Николаева
Православие и мир