1. Skip to Menu
  2. Skip to Content
  3. Skip to Footer>

Непридуманная история

Печать

Written by Эвелина Каравай

Николай Васильевич

БеспризорникНиколай Васильевич уныло брел по парковой алее. Яркие осенние листья кружили в грустном танце увядающей красоты. 

В летнюю пору тут каждый день бывало много народа: молодежь, мамы с детьми, старики с внуками и просто случайные прохожие. Наступила осень и люди, напуганные первыми осенними холодами, попрятались в маленьких уютных квартирках.

– «Вот так и в жизни, подумал про себя Николай Васильевич, пока ты молод, кажется вокруг тебя столько суеты, столько событий, что некуда спешить и все самое главное и значительное ты еще сделать успеешь. А не успеешь обернуться, друзья разбежались, тот, кто вчера докучал своим общением уже тяготиться тобой, родных с каждым годом все меньше, и вот, ты один, в парке своей жизни, наедине с грустными мыслями».

Одиночество и страх неизвестности, отсутствие близкого человека гнали Николая Васильевича подальше от дома, к людям. В былые времена он мечтал остаться один, в полной тишине, подальше от галдящих и вечно чего-то требующих родственников. Ему все казалось, что если бы не они, жить было бы лучше, и он бы реализовал все то, о чем мечтал. Так он жил, виня близких, обстоятельства, судьбу, пока не остался в полном одиночестве в пустой трехкомнатной квартире. 

Единственным живым существом, которое он полюбил всем сердцем, был рыжий пес, живший на пустыре. Каждый день в любую погоду, Николай Васильевич нес скромную трапезу для своего пушистого друга. После того, как пес съедал принесенный гостинец, они долго гуляли и грустно молчали, каждый о своем. А потом, Николай Васильевич плакал, уткнувшись в теплую шерсть и поцеловав четвероного друга в мокрый нос, уныло плелся домой.

Илья

Низкорослого дерзкого мальчугана с чумазым лицом, одетого в поношенную на два размера больше куртку, знала вся округа. У каждого времени есть свои особые черты. Особой чертой нашего времени являются одинокие и заброшенные люди. Илья был из таких, из племени одиноких и заброшенных детей, у которых нет родных, нет истории, нет будущего. Словно маленькие брошенные животные они ютятся по свалкам, канализационным люкам, пока чья-то казенная рука не извлечет одного их них на свет, чтобы сдать в приют или казенный дом с большими решетками на окнах.

Илья не знал, что такое родительская любовь. Он не помнил, как пахнет дом, и какие теплые руки у мамы. Его воспитывала тетя, на которую его оставили родители, едва Илье исполнилось 3 месяца. Чувство жгучей обиды на мать он заглушил дерзостью и безразличием ко всему окружающему. Он сбежал от тети, какое-то время бродил по вокзалам, а после пристал к группе бродячих ребят, живущих в канализационном люке и промышлявших мелким воровством и попрошайничеством.

Илья никого не любил и ни к кому не привязывался. Исключением был только пес, который напоминал Илье его самого: бездомный, немытый, голодный и грустный. Они часто уходили подальше от людей, на пустырь, и Илья, разделив нехитрую снедь с другом, беседовал с четверолапым о своем нелегком бытье. Илья был сильным и никогда не показывал своих чувств на людях, и только иногда, когда становилось совсем тяжело на сердце, так что казалось, что нет сил дышать, он обнимал Тишку и тихонько плакал, уткнувшись лицом в его теплую шерсть.

Тишка

Сердце всегда чувствует беду. Так было и этим ранним промозглым утром. Николай Васильевич проснулся раньше обычного. Что-то не давало покоя, какое-то смутное беспокойство и липкое чувства страха, преследовали его повсюду. Нарушив традицию, он пошел гулять раньше. Уже на подходе к пустырю, стало ясно, что произошло что-то нехорошее. Николай Васильевич тихонько позвал пса, но никто не откликнулся. Раз, другой-тишина. В панике начал исследовать пустырь и вдруг, в самом дальнем углу увидел своего друга. Пес поджимал лапы и жалобно скулил. Пытаясь понять, в чем дело, Николай Васильевич начал исследовать тело собаки и к своему ужасу обнаружил подбитые задние лапы и перерубленный хвост. От горя и обиды ему захотелось кричать. Внезапно, кто-то повалил его на землю:

–  «Ты убил моего друга! Ты убил все, что у меня было».

Кричавшим оказался чумазый, плохо одетый мальчик. По испачканному лицу катились слезы, а в глазах читалась нечеловеческая боль.

– «Это и мой друг, мальчик. Ты не кричи и не плачь, лучше помоги».

Николай Васильевич снял пальто, в которое они положили раненого пса. Бережно дотащили до дороги, поймали попутку и довезли собаку до ветеринарной клиники. Все остальное было словно в бреду: ожидание неизбежного, радостная весть, последние деньги, отданные на лечение пса… Когда врач сообщил, что пора идти домой и отдыхать, оказалось, что уже далеко за полночь. Николай Васильевич взял в охапку спящего мальчика, завернул в перепачканное пальто и пошел домой. На следующее утро, врач сообщил, что псу предстоит долгое лечение, нужны лекарства и уход, а самое главное, на улицу ему возвращаться нельзя. На лекарства ушли скромные сбережения, уход обеспечил Илья. Бессонные ночи, полуголодные дни, совместные горести и радости…

Дорога домой

Апрель, красивый благоухающий месяц. Воскресшая надежда, ожившая природа. В парке опять много людей: знакомых и незнакомых, молодых и старых, случайных прохожих и завсегдатаев. Местные жители говорят, что там часто можно встретить статного улыбчивого мужчину, маленького мальчика и бесхвостого пса.

Эвелина Каравай
Омилия